$40 млрд ещё в августе, $70 млрд к концу сентября — за месяц с небольшим годовая выручка OpenAI выросла почти вдвое. Об этом на конференции разработчиков DevDay в Сан-Франциско сообщили источники Axios, и цифра подтверждает то, о чём в индустрии говорили давно: спрос корпораций на ChatGPT и API компании растёт быстрее, чем успевают считать финансисты.
Речь идёт о так называемом annualized run rate — выручке последнего месяца, умноженной на двенадцать. Это не отчёт о реально собранных за год деньгах, а моментальный снимок текущего темпа продаж. Но темп впечатляет: с начала третьего квартала показатель вырос более чем на 70%, а продажи корпоративным клиентам с июля удвоились. Потребительская выручка одного только третьего квартала уже превысила весь консьюмерский доход OpenAI за 2025 год.
Для сравнения: Anthropic, главный конкурент OpenAI и создатель Claude, отчитывалась о годовой выручке около $65 млрд по состоянию на конец июля — совсем другая история, чем разовый раунд финансирования на ту же сумму месяцем ранее. Это ещё один симптом того, насколько плотно сблизились два лидера рынка: буквально год назад разрыв в выручке измерялся в разы, теперь — в считаные миллиарды.
Момент публикации цифры не случаен. OpenAI ещё в июне подала конфиденциальную заявку на IPO в США, а по неофициальным данным в переговорах уже всплывала оценка компании в $1,2 трлн — против $852 млрд, зафиксированных весной. Растущая выручка — главный аргумент в пользу такой оценки перед инвесторами, которые всё чаще спрашивают не про модели, а про деньги.
Вот только вопрос про деньги на этом не заканчивается. OpenAI не раскрыла ни расходов на вычисления, ни данных о прибыльности — а именно эти цифры определяют, останется ли компания жизнеспособным бизнесом, а не просто самым дорогим потребителем электричества в Кремниевой долине. У Anthropic в её собственном проспекте к IPO обнаружились операционные убытки свыше $8 млрд и обязательства по инфраструктуре на $518 млрд на десять лет вперёд — и нет никаких оснований полагать, что у OpenAI баланс выглядит принципиально иначе.
